170 просмотров

ПОЧЕМУ НУЖНО ПОКУПАТЬ ЖИВОПИСЬ ФЕДОСЕЕВА? 

Аукционный Лот ПОБЕДИТЕЛЬНОЕ МАТЕРИНСТВО Масло, 60х70

Стартовая цена 380.000 рублей.  

 

Магнитов Сергей

ПОБЕДИТЕЛЬНОЕ МАТЕРИНСТВО 

Эту вещь смело можно дарить молодой матери.

В пику дегенераторам, которые мечтают заменить мать – колбой с раствором.

 

Материнство с давних пор было предметом художественного замысла. Как изобразить счастье материнства, восторг перед рождением ребёнка и в чем собственно счастье материнства?

Сотни тысяч работ  — от иконических с богоматерью до частных портретов. Изображается мать с ребенком. Да, это хорошо, но как изобразить материнство?

Если кто не понял, то вопрос стоит именно так: как изобразить не мать с ребенком, а абстракцию – чувство, эмоцию, да ещё и в обобщении?   

Когда идут споры классицизма с его фигуративностью с так называемыми авангардистами, то у авангардистов всегда самый сильный ход это проблема изображения абстрактных понятий. Мы же используем понятия – ну так изобразите их! Например, добро. Нет, не доброго человека, а Добро как понятие, как вполне эфемерное явление, как идею. Ведь добро – это эмоция, которая не имеет фигуративного варианта! Или счастье. Не счастливого человека, а Счастье как таковое.

И вот Материнство. Очень сильная попытка изобразить это состояние а главное – идею. Причем не уйти в чистые абстракции, а применяя их элементы решить главное – передать субстанцию эмоций материнства.

Федосеев делает два сильных хода. Первый – он сливает тела матери и дитя. Ведь в картинах, где дитя от матери отделено, есть мать и дитя, а значит детство приоритетно. То есть нельзя сказать, что такая вещь о материнстве – скорее о рождении детства, нового мира. К примеру, «красные мадонны» Петрова-Водкина в двадцатые-тридцатые трактовались именно с позиции рождения нового мира, нового поколения, и не совсем материнства, несмотря на то, что первые его мадонны были созданы в 1913-1915 годах.

Мать и дитя у Федосеева как единое целое. Это важнейший ход. Ведь мать и дитя в этом понятии слиянны, поскольку мать рождается одновременно с ребёнком!

Второй сильный ход – принятие композиционного решения – фактически умалить героев, мать и её ребенка, уменьшив в размерах так, что они обращают на себя внимание не в первую очередь. А в первую очередь перед нами полотно случайных фрагментов, что показывает внешний мир, который становится неслучайным, когда взгляд находит счастливое лицо женщины и её дитя. А случайное таит Неизвестное, которое всегда соседствует с Опасным. И вот первый ход в понятии материнства – когда случайный мир становится неслучайным, осмысленным, когда новая жизнь становится оправданием остального. Это уже волевое, победительное материнство. И здесь ход в духе Марка Шагала – когда любовь изображается как полет почти нирванических фигур — обогащается ярким элементом: у матери нет нирванического затухания во взгляде от счастья, есть очень осмысленный взгляд на мир, как и у дитя! Ведь материнство это победа над смертью, над хаосом энтропийного распада! 

И вот изображается важное: этот мир становится победительным. Изображение, похожее на сгусток динамический энергий показывает энергию жизни как энергию прорыва, суть которой в материнстве. Ведь рождение – это прорыв в новый мир новых энергий жизни. И получается, материнство это не просто колба с раствором – это мистическая мощь прорыва в новые реальности. И это возможно только в сплаве материнского и детского.

 

Часто картина живет своей жизнью. И прозрение по отношению к ней часто бывает трагическим. Она написана в 2004 году. Я её видел постоянно на выставках, и не всегда оценивал. Но сегодняшние колбодеи и мастера перевода матерей и отцов в разряды номерных и заменимых матконосок и спермогенетов для меня открыли эту вещь, я стал смотреть на неё как на плакат против родильных извращений, когда не нужны будут ни матери, ни отцы. Картина Федосеева показывает не просто мать и дитя, а рождение новых энергий вместе с рождением матери и дитя, реструктурирование мирового пространства, смены кожи высших сил, если хотите, а не просто вылупление из яйца бездушной особи. И именно с этой позиции материнство не просто нирваническая поэзия в духе Шагала, а прорыв в Неизвестное через Неизвестное – победе жизни над смердящей энтропией Колбодеев с их суккубами и инкубами.

 

Аукционная Продажа, стартовая цена 200.000 рублей, масло, 70 х 80.

 

 

СКАРЛЕТТ-ГОЛЛИВУД

1.

Мы всегда считали Голливуд тем, как Голливуд себя называл – фабрикой грёз. Было это конспиративной уткой или искренняя установка, но уже сегодня ясно, что за фабрикацией грез таилась очень серьёзная серьёзность. Интеллектуальная составляющая была очень ёмкой. И разыгрывались там нешуточные битвы и решались тайные вопросы. Мало кто знает, что первые самые смешные вещи – погонялки Тома и Джерри на самом деле показывали технологии борьбы малого с большим, а имена Тома и Джерри только подтверждали это: Том намекал на католичество (от имени его главного философа Фомы Аквинского), Джерри, Иеремия, на кое-что ещё.    

Но в большей степени Голливуд считался развлекательным кино с минимумом интеллекта. 

И вот картина Федосеева будет разочаровывать вас в вашей наивности.

 

Голливуд жил голливудскими красотками, которые почитались ветреными, доступными и безбашенными. Пестовался образ простаческого мира без умысла – легкий, ветреный, простоватый. Женская сексуальность была первичным признаком простоты кино.  

И вот портрет Скарлетт Йоханссон. Символ Голливуда последних лет, хотя бы потому что Голливуд оплачивает только символы – она была самой высокооплачиваемой актрисой в 2018 и 19 годах. Мы сразу понимаем, что автор стремится контрастом разрушить первичное шаблонное восприятие. Бурные, яркие цвета, обрамляющие голову, сразу сбивают с толку, точнее как раз наводят на мысль, что именно голливудная актриса со всем сексуальным оснащением изображена как внешний привлекательный портрет Голливуда.

Но внимательный глаз увидит другое. Голливуд изображен не совсем тривиально.

 

Глаза Йоханссон чисто-голубые, как родник. Но в оригинале глаза у неё, Скарлетт, серые. То есть глаза представляют что-то вроде авторского знака чистоты. Чистота Голливуда? – Это странный оксюморон. Но более того – голубые глаза – глаза строгой чистоты! То есть глаза строгой моралистки, недоступной, преданной чести женщины. Это Скарлетт, у которой «обнажёнки больше чем одеженки», на что, кстати, напоминает и художник – считать нечто на теле одеждой, не поворачивается язык!

Идём дальше. Самое важное — знаменитые сочные и сексуальные губы, всегда у Скарлетт чуть приоткрытые, здесь крепко сжаты. А сжатые губы всегда знак серьёзности и если хотите, честности и принципиальности.

Очень мощный контраст с феерией цвета в ореоле и цветастого пепла на теле.  

И вот одновременное изображение плотно сжатых и ярко-сладких губ только подчеркивает двойственность фрагмента. И эта двойственность задаёт тональность секретной двойственности всюду: она улыбается или пренебрегает? она зовёт или отталкивает? Он честна или обманывает? Что в ней настоящее, что спрятанное – крепко сжатые губы или сладкая феерия в ореоле?  

Дальше. Композиционное решение: тело: самая сильная часть двойственности – она поворачивается к вам или от вас отворачивается?

Федосеев в портрете Йохансон попытался проникнуть в тайну Голливуда — притягательного отвращения к нему, соблазнительной мерзости и тлетворного обаяния – и сделал это гениально: сказать, что тлетворность Голливуда сильнее его притягательности невозможно. Федосеев призывает людей уметь видеть двойственную глубину Голливуда, понимать губительность сладострастия и счастливую простоту падения.

 

2.

Как сделать интеллектуальный портрет, как изобразить внутреннее состояние через внешние знаки, которые к тому же не должны быть знаками. То есть это не должен быть «дословный» портрет, это должен быть проводник в иную глубину, во второе прочтение. Вторым прочтением становится именно лицо как шифр Голливуда.

Об этом аспекте можно написать много.

Но позже.

Аукционное предложение

СЕРГЕЙ ФЕДОСЕЕВ, ВЕЧНОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ БЛУДНОГО СЫНА

2 м.х1.5 м., масло, цена на 14.5.2022 1 млн. 5.000 руб.

Авторские права оформлены в ООО ТАО.

Напоминаем: каждый шаг картины прибавляет к стоимости 1 тысячу рублей.

писать и звонить: 8-951-241-98-06m010s@mail.ru

 

Магнитов С.Н.

ВЕЧНОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ БЛУДНОГО СЫНА

1.

Казалось, Рембрандта невозможно пополнить смыслами – настолько великолепна и полновесна его вещь Возвращение блудного сына. И казалось бы, тема исчерпана – столько боли отчаяния выказывает согбенная спина раскаянного сына и столько горького приятия источают руки отца.

На фоне Рембрандта поднять исчерпанную тему может только новый рембрандт. И только внеся новые фундаментальные замыслы. Федосееву это удалось.

Во-первых, это полотно неприватного формата – сразу ставка на обобщение по формату вещи.

Во-вторых, сформированное пространство вызывает мысль, что это обобщённое условное пространство вне времени, но живое: лиц фоновых фигур нет, но они явно живы и ждут исхода встречи. Это в отличие от Рембрандта, у которого можно проследить даже детали дома, в котором происходит сюжет. До бытовых мелочей. У Федосеева авангардный ход – подача стилизованного пространства говорит о ставке на изображение вневременного конфликта и вечной драмы. И нет отвлекающих мелочей.  

В-третьих, явный спор с Рембрандтом – в усложнении фигур отца и сына. Если у Рембрандта это конфликт приятия Отцом сына, то есть картина о снятии конфликта, то у Федосеева всё гораздо сложнее – потому что изображён сам конфликт, когда Отец, несмотря на то, что сын подчеркнуто стоит в максимально подобострастной и повинной позе – на цыпочках и с максимально опущенными глазами — отец не торопится принять сына. Видимо, всё-таки замысел картины формировал отец, который тоже пережил блуд сына и не понимает до сих пор — принял он возвращение сына или нет. Не всё можно вернуть, не все можно сшить, не все раны зарубцевать – это в картине внятно прописано.  

Надо сказать, что сама композиция картины работает на подчеркивание изображения именно конфликта поколений, а не снятие, разрешение  его – отсутствие фоновых деталей, кроме этаких завихрений времени, дыма столетий.  

 

2.

Картина – мощное поучение для поколений: несмотря на родственные тяготения, блуд может быть непростим и примирение может опоздать. Это очень сильно драматизирует конфликт, особенно на фоне слезливого примирения у Рембрандта. Вещь говорит нам: хватить разбрасываться банальностями, что мол, предки всегда примут блуд детей – Федосеев говорит: нет! не всегда, и конфликт может быть трагическим, разрыв поколений непреодолимым. В этом смысле Федосеев показывает всем трагическую сторону разрыва и говорит картиной – не искушайте родителей, не рвите связь, не блудите, может быть поздно и родственные узы могут не помочь, разрыв может быть фатальным. 

Причём важно отметить патерналистский (патер, отец) крен картины. У Федосеева Отец – это мощный мужик с мудрой бородой. Судя по его энергии жеста, он в здравом разуме. У Рембрандта руки отца – старика практически свисают на спине сына. Здесь неприятие блуда сына даже в колебании – с позиции силы – мол, твоё возвращение это не для меня убогого, а для тебя заблудившегося. Ведь всегда этот конфликт нёс главный конкурентный вопрос: кому нужно возвращение сына (или дочери) – немощному Отцу или покаявшемуся сыну (дочери)? Отец Федосеева это не немощный старик, который готов прослезиться от самого появления сына – это мощный-до-сих-пор-Отец, который как сегодня любят говорить – не дождётесь. То есть эта встреча с позиции силы Отца – у него нет ни соплей, ни согбенности, ни заискивания к молодости – он способен судить сына, согбенность которого жаждет признания вины, но при этом надо отметить, что спина сына – это не дряхлое свисшееся мясо неудачника, это спина сильного молодого мужика, который может ответить силой. Здесь не конфликт поколений, а его конкуренция, которая подчеркивает, что и старшее поколение должно показать свою силу и убедительность, чтобы завоевать авторитет. То есть того факта, что ты Отец, сегодня уже недостаточно для покаяния детей!  

Это очень сильный ход в замысле Федосеева.

 

3.

Я бы эту картину в виде постеров стал в социальных службах позиционировать со словами: НЕ ТЕРЯЙТЕ РОДНЫХ – ЧТОБЫ НЕ БЫЛО ПОЗДНО. Причем с поучением как детям, так и родителям. Никому нельзя расслабляться, пытаться слезами и жалостью добиться прощения – нет, только во взаимных усилиях творится общий союз поколений.

Это будет лучше любых тупых плакатов – художественная ценность вещи будет явно приводить в трепет все поколения, а наша дешифровка вещи наводить на полезные выводы для каждого из участников картины.

Картина оптимистичена: как преодолеть конфликт поколений? – сделать этот конфликт понятным и не допускающим слабины и жалости — когда достойный отец будет рядом  с достойным сыном – в динамике времени. Имя этому формату разрешению конфликта – Династия. 

Для меня эта картина может быть названа Возвращение к Династии, что поможет негативный смысл вечного возвращения перевести в смысл вечного торжества жизни.